В вихре революционных событий, рожденных Великим Октябрем, последовавшей гражданской войны и иностранной интервенции против молодой Республики Советов, когда решался вопрос - быть или не быть Советской власти, утрачены многие документы происходивших событий. Среди разнообразных материалов, на основании которых мы судим о прошлом, важное место принадлежит воспоминаниям людей, участников важных общественно-политических и иных событий минувшего. Автобиографические воспоминания о периоде Гражданской войны, в частности от бойцов 28-й дивизии 2-й армии. 
Л. Д. ПАСТУХОВ, бывший красноармеец 2-й армии:
—В мае 1919 года наш 4-й запасной батальон, сформированный при штабе 2-ой армии в городе Малмыже, был переведен в Вятские Поляны. В составе других частей переправился по железно-дорожному мосту через реку Вятку и вступил в бой. Для этого на рельсах был сделан деревянный настил и по нему перевозили боевое имущество, вооружение и переправлялись люди, брать Сосновку нам пришлось несколько раз. В течение нескольких дней она переходила из рук и руки. Здорово тогда потрепали белых.
Мне помнится один интересный случай. Летом 1918 года снизу к нашему мосту подошла моторная лодка. Перед ней, видимо, была поставлена цель — взорвать мост и лишить наши части возможности переправиться по нему через реку. Но батареи прикрытия открыли по лодке такой ураганный огонь, что не только не дали белым осуществить свои планы, но и отогнали обратно.
М. Н. МОЙКИН, бывший красноармеец 28 дивизии:
— 1919 год начался временным отступлением наших войск. Из-под Красноуфимска мы отступили до реки Вятки. Переправа на правый берег была организована около Крымской Слудки, оттуда направились к Мамадышу. После кратковременного отдыха получили пополнение и наш 24 полк в составе дивизии перешел в наступление на Сарапул. Переправившись через Вятку, овладели городом. Затем пришлось через Воткинск двигаться по направлению к Екатеринбургу и участвовать в его взятии.
И. А. БУЛЫГИН, бывший разведчик 28 дивизии:
Мне было шестнадцать лет. Моей обязанностью в семье было смотреть за скотиной. Однажды отец заболел, а нужно ехать с подводой в Поляны. Старший брат уже служил в 28 дивизии. Приехал к нему в лаптях, фуражка — бескозырька. А брат в картузе, в сапогах, брюки суконные. Говорю ему:
Глянь, а одежда на тебе справная, нельзя мне тоже вступить в Красную Армию?
Брат похлопотал, и меня зачислили в Красную Армию. Вымылся я в бане, оделся в новенькое обмундирование.
Однажды меня увидел Азин. А был он строгий, не зря железным комдивом прозвали. Что за молокосос? — спрашивает. Со мной он, — ответил за меня брат. Посмотрел Азин мою анкету, видно, остался доволен.
Через некоторое время меня вызвал начальник контрразведки и дал задание: — пробраться в Сосновку и узнать места и численность белогвардейских частей. Я охотно согласился. Но в Сушинской роще меня поймал белогвардейский патруль. Хорошо еще, что там оказался знакомый с Пыжман-завода, наш разведчик. Он заступился и меня отпустили. Получив от разведчика адрес его брата Василия Григорьевича Беляева, я благополучно добрался до Сосновки. Василий Григорьевич очень быстро и точно указал мне места, где находились белые и их артиллерия.
Обратно я решил пробираться через Кулыги. Ночью на лодке начал переправляться через Вятку. С левого берега белые открыли огонь из пулемета и даже организовали погоню. Задание я выполнил, за что получил благодарность командования.
А. С. ЛЯМИН, бывший красноармеец 28 дивизии:
— Я расскажу об одном эпизоде, который больше всего запомнился мне из боев, в которых мне пришлось участвовать, находясь в рядах Азинской дивизии.
Второго мая 1919 года мы на двух пароходах «Победоносец» и «Террорист» но приказу командования направились вниз по Вятке для обстрела неприятельских расположений. При подходе к Белогузскому острову с бортов наших пароходов по колчаковцам был открыт артиллерийский огонь. В ответ «заговорили» пушки противника. Одни из снарядов пробил борт «Террориста». Кроме того, на нем было убито 3 человека и 7, — ранено. В ходе боя водолазы заделали пробоины брезентом. Мы, отстреливаясь, забуксировали «Террориста» и возвратились в Вятские Поляны.
3 мая хоронили своих товарищей на площади перед нынешним кинотеатром «Прогресс». Из них в настоящее время известны фамилии двух красноармейцев — Зубрецова и Мерзлякова. Имя третьего героя неизвестно. Но память о нем жива в наших сердцах.
Р. Ф. ВОСТРИКОВ, первый председатель Мериновского волостного исполнительного комитета:
— В апреле 1919 года в Сушах появилась белая разведка. На поповском доме они вывесили белый флаг. Время горячее — нужно сеять. Вместе с комсомольцем Сергеем Шкырдиным я отправился в Суши, чтобы уяснить: Идет ли сев, и какие войска стоят в селе. На всякий случай я прицепил на себя белогвардейские погоны. В лесу мы встретили часового.
— Почему не приветствуешь офицера?— грозно спросил я.
—Стою на посту, ваше благородие, а часовым отдавать честь не положено, — ответил тот.
— Молодец, службу знаешь хорошо, — похвалил я его.
Когда мы уходили, часовой попросил прислать ему замену.
— Стою больше суток, — пожаловался он.
Пообещав выполнить его просьбу, мы направились в село. От мужиков узнали, что белые ушли в Гоньбу, забыв даже сменить своего часового.
— Но они должны здесь быть с часу на час, — сказали нам. — Так что уезжайте-ка поскорей, председатель.
Весь правый берег Вятки был сплошным рвом, сильно укрепленным. А работали здесь подростки. Ночью, ползком, чтобы не обратить на себя внимание белых, они добирались до места работ.
Рыли окопы, строили укрепления, а утром также ползком, возаращались домой. Почти все они были голодны, полураздеты, но ни одной жалобы от них не услышали.Когда началось наступление наших, белые открыли огонь из пушек. Первый снряд попал в народный дом. Но наша артиллерия ответила мощным и точным залпом и разбила пушки белогвардейцев.
И.З.РЕШЕТНИКОВ, бывший красноармеец 28 дивизии.
В дивизию Азина я вступил добровольно. А получилось вот как. В восемнадцатом году к деревне близко подошел пароход, на котором находились бандиты атамана Дутова. С парохода начали обстреливать деревню. Один снаряд попал в нашу баню.
Ну, — говорю, — старуха, закапывай сундук — война.
Несколько наших пушек находилось на станции, откуда и открыли стрельбу по пароходу. Дутовцы видят: тут им туго придется, дали обратный, ход. Красноармейцы, что были в деревне, начали стрелять по пароходу из пулемета, но борта его были бронированы и пули ничего не могли сделать.
Я подбежал к пулеметчикам, спрашиваю:
— Куда стреляете?
— В борт.
— Так бесполезно. Дайте я попробую.
— А ты пулеметчик?
— Да.
Я начал стрелять по штурвалу парохода и очень удачно. На следующий день в деревню прискакал Азин. Спрашивает у красноармейцев:
— Кто стрелял в пароход?
— Мужик здешний. Демобилизованный он. Живет вон в том доме.
Заходит комдив ко мне во двор, говорит:
— Молодец, хорошо стреляешь. Пойдешь ко мне в дивизию?
— Пойду. Чего не идти, - отвечаю Азину.
Так я стал красноармейцем 28 дивизии железного комдива. Вместе с ним весной 1919 года я принимал участие в генеральном наступлении против белогвардейцев. Гнали их до самого Екатеринбурга, ныне Свердловск. Потом нас направили против банд Махно.
В.И.КЛЮКИН, бывший артиллерист Азинской дивизии.
В действующих частях я был не больше года. В 1918 году в селе Вятские Поляны формировалась I артиллерийская батарея, куда меня и зачислили. Посло трехдневных сборов батарею на поезде в срочном порядке отправили под Агрыз. Оттуда мы взяли направление на Ижевск. Город взяли сбоем. И дальше по железной дороге—на Сарапул. Осенью достигли ст. Щучье озеро. Это было где-то в октябре — ноябре. Вскоре колчаковцы вынудили нас отступить.
Так я снова оказался дома. Из Сосновки нас перебросили в Вятские Поляны и маршем направили в деревню Гурьевка, где заняли боевые позиции. Все это происходило в апреле 1919 года, а в мае уже мы перешли в наступление.
Преследуя колчаковцев, наша часть в основном шла без боев. Здорово потрепанные части отступающих мы гнали до Свердловска, а оттуда нас направили вниз по Каме и Волге.
А.ПАВЛОВ, член совета ветеранов комсомола г.Вятские Поляны
Весна 1919 года. В вятских Полянах расположился штаб Второй Армии. На пристани состредоточена большая речная флотилия. Тут пароходы «Некрасов», «Тургенев», «Егор Булычев», а один пароход носит странное название «Король Альберт».
Колчаковцы рвутся к Полянам, но им готовится мощный отпор. На Вятке- весенний разлив. Ночью, с потушенными огнями речная флотилия с десантом двинулась в тыл к колчаковцам. Надо было проплыть мимо сильно укрепленной колчаковцами Сосновки. Одна из очевидцев из села Сосновки Парасковья Павлова мне потом рассказывала, что в их доме было битком набито колчаковцев. И вот ночью стучит в окно часовой, видимо нерусский и кричит:
«ротный, ротный, пароход гулят».
Поднялась стрельба, но пароходы уже скрываются за Липовой гривой.
Из воспоминаний маршала ЧУЙКОВА, опубликованного в газете «Удмуртская правда», известно, что десант был Азинской дивизией, которая высадилась у села Яковлево близ Лубян и повела наступление на Сюгинскую. В тоже время по фронту железной дороги повели наступление полки иваново-вознесенских ткачей, и колчаковцы поспешно стали отступать, бросая поезда и военное имущество. Последним уходил из Сосновки бренепоезд «Адмирал Колчак», да так удирал, что не успел взорвать после себя железнодорожные мосты через Пижманку и Люгу, успели лишь сжечь деревянный мост близ деревни Учпучто Кизнерского района. Только этим и спасся бронепоезд «Адмирал Колчак». Я тогда служил на восстановительном поезде, который следовал сразу за
бронепоездом «Красная звезда». Мост у Учпучто мы быстро восстановили, и «Красная звезда» продолжала преследовать колчаковцев. Красный десант Азина соединился с частями фронта на станции Сюгинская и продолжал преследовать колчаковцев, поспешно откатывающихся в сторону Сарапула. Наш восстановительный поезд двигался за фронтом до Сарапула, где тогда был колчаковцами взорван мост через Каму. Но наступление красных частей этим не задержалось.
Газета «В.П.правда» № 63, от 24 мая 1969 года